главная страница публикации


   


А. О. Андреев*, М. В. Дукальская*, И. В. Никуленков**


К “белым пятнам” Арктики.
История плаваний ледокольного парохода "САДКО"


* Российский государственный музей Арктики и Антарктики (Санкт-Петербург)

** Информационный портал "Полярная почта сегодня" www.polarpost.ru (Нижний Новгород)


Доклад на V Международной конференции "История океанологии: изучение и освоение Арктики". Санкт-Петербург, 12 июля 2008 г.

 
Садко

"Садко".


Схема "Садко"

Схема "Садко".


Судовой журнал

Судовой журнал парохода "Линтрос"


План подъема

План подъема "Садко"


Капитан Н.М. Николаев

Капитан Н.М. Николаев, 1-ая высокоширотная экспедиция, 1935 г.


Самолет СССР-Н36

Самолет "У-2СП" (СССР Н-36) у борта "Садко" Поход к ЗФИ, 1937 г.


Дрейф в море Лаптевых

"Садко" в дрейфе в море Лаптевых, 1938 г.


Самолеты отряда Алексеева

Самолеты отряда А.Д. Алексеева эвакуируют экипажи дрейфующих судов 1938 г.


 

В этом году исполняется 75 лет со дня подъема ледокольного парохода „Садко”. 14 октября 1933 года началась его короткая вторая жизнь, в которой, как в зеркале, отразилась история советского освоения Арктики 1930-х годов — периода, в котором триумфы географических и научных открытий чередовались с горечью неизбежных неудач. Судьба „Садко” тесно переплетена с известнейшими полярными экспедициями того времени, такими как Первая воздушная высокоширотная экспедиция „Север” и дрейф ледокольного парохода „Георгий Седов”. Походы „Садко” в высокие широты открыли новую страницу в исследовании Центрального арктического бассейна.

С историей плаваний „Садко” связаны имена выдающихся ученых Визе, Зубова, Самойловича, Ушакова, Евгенова, Ермолаева, Березкина, Лактионова, Буйницкого, полярных капитанов Бурке, Хромцова, Николаева, Бадигина, летчиков полярной авиации Бабушкина, Чухновского, Власова, Мазурука, Алексеева, Головина, Орлова, Черевичного.

Будущий „Садко” — ледокольный пароход „Линтрос” — был построен в 1913 году в Ньюкасле (Англия). Длина парохода составляла 77,7 метра, ширина 11,4 метра, водоизмещение — 3800 тонн. Пароход развивал скорость до 15 узлов и мог форсировать льды до 1 метра. В течение первых двух лет пароход работал в Канаде. В 1915 году русское правительство для поддержки навигации в Белом море в зимний период приобрело несколько судов, среди которых был и „Линтрос”, купленный за миллион рублей золотом. В том же году „Линтрос” начал работать на линии Архангельск—Мурманск. Приобретенные в это время за границей ледокольные пароходы получали в России имена былинных героев. Так „Линтрос” в 1916 году был переименован в „Садко”. В 1915—1916 годах пароход работал на линии Архангельск—Мурманск, а в июле 1916 года наскочил на подводную скалу, распорол левый борт от носового отсека до кочегарки и в течение 15 минут затонул недалеко от Кандалакши, между островами Анисимов и Богомолиха.

17 лет пролежало судно в Кандалакшском заливе на глубине около 20 метров. В конце 1920-х годов было принято решение о подъеме парохода. Первая попытка подъема, предпринятая в 1930 году, окончилась неудачей. В 1931 году проведение операции по подъему „Садко” было поручено Экспедиции подводных работ особого назначения (ЭПРОН) под руководством начальника Главного управления ЭПРОНа Фотия Ивановича Крылова. Специалистами ЭПРОНа был разработан детальный план подъема, сконструированы и построены специальные понтоны.

В 1932 году в проекте постановления об организации Главного управления Северного морского пути Отто Юльевич Шмидт предложил передать планируемый к подъему „Садко” в ведение создаваемого ведомства.

Водолазные работы по подготовке к подьему „Садко” велись два сезона. Работами руководил Павел Владимирович Симонов, первый раз погружавшийся к „Садко” еще в 1916 году. Летом 1933 года ЭПРОН приступил к подъему судна. В туннели, прорытые водолазами под днищем „Садко”, были заведены стропы с прикрепленными к ним понтонами. Несколько раз стропы рвались, и приходилось все начинать заново. Лишь 14 октября 1933 года „Садко” всплыл на поверхность. Из судна откачали воду, очистили его от грязи и наскоро залатали пробоины. 27 октября „Садко” на буксире пришел в Кандалакшу, а в начале ноября был отбуксирован в Архангельск на судоремонтный завод „Красная кузница”, где судно было отремонтировано в рекордные сроки. Ремонт машин производило Архангельское управление Главсевморпути. Во время ремонта была сформирована команда судна во главе с капитаном Артуром Карловичем Бурке и старшим штурманом Василием Ивановичем Ножкиным.

Начало 1930-х годов было временем поиска оптимального варианта трассы Северног морского пути. Ряд ученых и мореплавателей высказывал мнение, что этот путь следует проложить не вдоль берегов Сибири, а значительно севернее, через Центральный арктический бассейн, где предполагалось наличие обширных, свободных от льда водных пространств (Великая северная полынья). Такой точки зрения придерживался, в частности, крупный специалист по арктическим льдам Николай Николаевич Зубов. В августе 1933 года на совещании представителей Арктического института и Гидрографического управления Главсевморпути было принято решение начать подготовку высокоширотной морской экспедиции для поиска северного варианта СМП. Специальная комиссия ВАИ под руководством Рудольфа Лазаревича Самойловича в начале 1934 года представила Главсевморпути тщательно разработанную программу работ будущей экспедиции, предусматривающую комплексное исследование значительной части акватории Северного Ледовитого океана. В качестве экспедиционного судна было рекомендовано использовать „Садко”. Первоначально планировалось провести высокоширотную экспедицию в навигацию 1934 года, затем ее начало было перенесено на 1935 год. Необходимо было проверить ледовые качества „Садко” в Арктике.

22 июля 1934 года „Садко” под командованием Бурке вышел в первый арктический рейс. Экспедиции предстояло через Маточкин Шар и Диксон пройти к мысу Оловянному на Северной Земле, а в случае недостижения его — к острову Уединения, и открыть новую полярную станцию в одном из этих пунктов. Руководство экспедицией было возложено на заместителя начальника ГУСМП Сергея Самойловича Иоффе. Экспедиция не ставила перед собой сугубо научные цели, однако в число ее участников были включены специалисты по метеорологии, гидрологии, земному магнетизму и гидрографии, проводившие попутные наблюдения, а также специалист по взрывному делу. В частности, гидрографическими работами на судне занимался Евгений Сергеевич Гернет. Одной из важнейших задач похода было изучение поведения корпуса судна при движении его во льдах, для чего в состав экспедиции был включен корабельный инженер Шандриков.

11 августа южнее острова Визе „Садко” вошел в девяти-десятибалльные ледовые поля. Дрейф судна и продвижение по разводьям в течение 23 дней привели „Садко” в малоисследованный район Карского моря. Так началась работа „Садко” в „белых пятнах” Арктики. Сложные ледовые условия не позволили „Садко” дойти до Северной Земли, и 8 сентября судно бросило якорь у острова Уединения в Карском море. На берег было выгружено около 600 тонн грузов, в том числе дом полярной станции, авиационный бензин, масло, продовольственные припасы и т. д. Для сотрудников станции и строителей было построено временное помещение. С открытием радиостанции полярная станция Остров Уединения начала свою работу. 12 сентября „Садко” направился в обратный путь и 25 сентября, пройдя 4239 миль (из них 1864— во льдах) вернулся в Архангельск. Задача экспедиции была выполнена, судно успешно прошло ледовые испытания и было готово для похода в высокие широты.

Первая советская высокоширотная экспедиция на ледокольном пароходе „Садко” под командованием капитана Николая Михайловича Николаева стартовала из Архангельска 8 июля 1935 г. Перед ее участниками была поставлена задача провести исследования в Гренландском море, обследовать „белые пятна” к северу от Шпицбергена, Земли Франца-Иосифа и в северной части Карского моря, а также обеспечить сводками погоды перелет летчика Сигизмунда Леваневского на самолете Ант-25 через Северный полюс в Америку, запланированный на лето 1935 г. (Как известно, по техническим причинам, этот перелет был прерван.) Для проведения научных наблюдений „Садко” был оснащен самыми современными приборами, на его борту было оборудовано пять научно-исследовательских лабораторий.

Руководителем экспедиции был назначен Георгий Алексеевич Ушаков, его заместителем — Николай Николаевич Зубов. Научный состав экспедиции называли „сборной СССР”. В состав экспедиции входили гидрограф Николай Иванович Евгенов, гидрологи Всеволод Александрович Березкин, Алексей Федорович Лактионов и Леонид Леонидович Балакшин, гидробиологи Григорий Петрович Горбунов и Вениамин Григорьевич Богоров, геолог Михаил Михайлович Ермолаев, астроном-магнитолог Иван Дмитриевич Жонголович, кораблестроитель Андрей Иванович Дубровин, и другие известные ученые. Авиагруппу на „Садко”, состоявшую из самолетов-амфибий „Ш-2” номер (СССР Н-91) и „КР-1 ( Heinkel HD 55)" (СССР Н-133), возглавлял знаменитый полярный летчик Михаил Сергеевич Бабушкин, пилотом второго самолета был Геннадий Петрович Власов.

12 июля „Садко” покинул Мурманск, 13 июля начались наблюдения на разрезе мыс Нордкап — остров Медвежий. 17 июля пароход пошел по 76-й параллели к Гренландии до кромки льдов, затем повернул к Шпицбергену. После стоянки в Баренцбурге с 22 по 29 июля судно вновь направилось в Гренландское море. Выполняя широтные разрезы, пересекающие Гренландское море, „Садко” постепенно продвигался на север. В начале августа первая часть экспедиции – исследование Гренландского моря — была завершена. Обогнув с севера Шпицберген, судно пересекло 81-ю параллель, за которой начиналось одно из „белых пятен” Арктики. В этом районе в разные годы в течение двух веков мореплаватели пытались отыскать легендарную „Землю Джиллиса”. Для поисков этой земли с „Садко” неоднократно вылетали самолеты Бабушкина и Власова. Вместе с Бабушкиным поднимался в воздух и Ушаков, однако поиски не увенчались успехом — мифической земли не существовало.

Попытка пройти к Земле Франца-Иосифа не увенчалась успехом, встретив поля сплоченного льда, „Садко” повернул на юг. Пополнив запасы угля в Русской гавани на Новой Земле, 24 августа пароход снова вышел в плавание — на этом раз в Карское море к острову Визе. Северная часть Карского моря в треугольнике ЗФИ — остров Визе — мыс Молотова (Арктический) Северной Земли в то время тоже была „белым пятном” на карте. Неисследованность и труднодоступность этого района отражались в его неформальном названии - «ледяной погреб Арктики». Во время плавания в этом неисследованном районе было сделано два выдающихся открытия: открыто обширное мелководье, оказывающее значительное влияние на ледовый режим Карского моря, и небольшой остров, названный в честь руководителя экспедиции островом Ушакова. Сутки ушли на обследование острова, 2 сентября „Садко” продолжил путь на северо-восток.

8 сентября „Садко” подошел к мысу Литвинова Северной Земли, по пути открыв три небольших островка, на одном из которых был установлен государственный знак. От Северной Земли „Садко” пошел на запад, чтобы обследовать восточную и центральную часть мелководья, а затем повернул на север. 13 сентября судно дошло до широты 82° 41,6’, установив рекорд свободного плавания во льдах. В самой северной точке своего похода участники экспедиции за 12 часов выполнили первую в истории Арктики глубоководную комплексную научную станцию за пределами материковой отмели. Лот показал глубину 2365 метров. Впервые после дрейфа „Фрама” судно вышло на большие глубины Центральной Арктики. Экспедиция практически выполнила поставленные перед ней задачи, „Садко” повернул назад и 15 сентября вновь подошел к острову Ушакова, откуда предпринял последний поход в высокие широты. Дойдя до 81° 40' с. ш., судно повернуло к югу.

28 сентября 1935 года „Садко” вернулся в Архангельск. Он провел в плавании 85 дней, пройдя за это время почти 12000 километров и почти половину из них — севернее восьмидесятой параллели. За рейс участники экспедиции сделали 107 комплексных океанографических станций, исследовали глубины океана, характеристики воды и течения, морскую фауну. Собранные материалы по ледовой обстановке позволили сделать вывод о том, что северный вариант пути с запада на восток до мыса Арктического вполне возможен, однако этот район требует дальнейшего изучения.

Успех Первой высокоширотной экспедиции позволил приступить к планированию похода в неисследованные высокоширотные районы к востоку от Северной Земли.

Туда и отправилась вторая высокоширотная экспедиция под руководством Рудольфа Лазаревича Самойловича летом 1936 года. Однако запланированную программу выполнить не удалось. Вскоре после начала экспедиции „Садко” был направлен на проводку первых военных кораблей (Экспедиции особого назначения), прошедших по трассе Северного морского пути а также судов Карской экспедиции.

Реализация планов экспедиции была перенесена на следующий 1937 год.

Однако еще до начала Третьей высокоширотной экспедиции, в июне 1937 года, „Садко” совершил сверхранний рейс к Земле Франца-Иосифа. Командовал пароходом капитан Бурке, начальником рейса был Борис Григорьевич Чухновский. Пароход доставил на остров Рудольфа грузы, оборудование и горючее для авиабазы, созданной для обеспечения работы Первой воздушной высокоширотной экспедиции. При подходе к Земле Франца-Иосифа „Садко” попал в сплоченные льды, к пароходу с острова Рудольфа вылетел легкий самолет У-2СП (СССР Н-36), пилотируемый Ильей Павловичем Мазуруком. Штурманом самолета был Валентин Иванович Аккуратов. Самолет произвел ледовую разведку, по ее данным „Садко” продолжил путь.

7 июля 1937 года „Садко” вернулся в Архангельск, а уже 26 июля под командованием капитана Николая Ивановича Хромцова отправился в Третью высокоширотную экспедицию. Руководил экспедицией Самойлович, его заместителем по научной части был Владимир Юльевич Визе. В задачи экспедиции входило проведение научных исследований в северо-восточной части Арктического бассейна, одной из важнейших задач являлось определение границы материковой отмели между морем Лаптевых и Северным Ледовитым океаном. В этом же районе экспедиции поручалось предпринять поиски легендарной Земли Санникова. В случае обнаружения этой земли предполагалось даже организовать на ней полярную станцию. В дальнейшем планировалось следовать на северо-восток по направлению к полюсу недоступности — к очередному „белому пятну” Арктики. Для проведения дальней ледовой разведки вместе с „Садко” должна была работать летающая лодка „Дорнье-Валь” (СССР Н-10) под командованием Ивана Ивановича Черевичного.

Уже в самом начале экспедиции все пошло не по плану. Вблизи Диксона „Садко” был вынужден взять под проводку караван торговых судов, израсходовав при этом значительную часть угля и потеряв время. К концу лета неожиданно осложнилась ледовая обстановка на трассе СМП. Самолет Черевичного был привлечен к проводке судов в море Лаптевых, а в сентябре по неосторожности механика сгорел. На поиски легендарной земли не хватало времени, поэтому 25 августа судно бросило якорь у северного берега острова Генриетты (архипелаг Де-Лонга), где была оборудована и открыта полярная станция. „Садко” отправился дальше. В начале сентября были обследованы острова Жаннетты, Жохова и Беннеты. Топливо на судне было на исходе, поэтому дойти до „белого пятна” к северо-востоку от Новосибирских островов „Садко” не смог. Выполнив значительный объем научных исследований и достигнув лишь 78° с. ш., „Садко” повернул назад. Во время этого похода „Садко” шел по району, где должна была находиться Земля Санникова, но никаких признаков наличия земли не было обнаружено.

13 сентября „Садко” прибыл в Тикси и поступил в распоряжение командования морскими операциями. В октябре „Садко” получил задание следовать в район к северу от Новосибирских островов, где в ледовый плен попал ледокольный пароход „Георгий Седов”. Но ни „Садко”, ни подошедший чуть позже „Малыгин” не смогли вывести „Седова” из льда. Вследствие тяжелой ледовой обстановки все три парохода встали на вынужденную зимовку. Участники экспедиций произвели перегруппировку составов, при этом штаб научных исследований расположился на „Садко”. На лед было выгружено научное оборудование, организованы наблюдательные посты. Весной 1938 года самолеты отряда Анатолия Дмитриевича Алексеева вывезли большую часть экипажей и научных сотрудников на Большую землю, на дрейфующих судах осталось 33 человека. Место капитана „Седова” занял второй штурман „Садко” Константин Сергеевич Бадигин, начальником зимовки стал капитан „Садко” Николай Иванович Хромцов.

В течение первого месяца дрейфа суда двигались на север, а затем направление сменилось на северо-восточное. В мае 1938 года „Садко” вместе с „Малыгиным” и „Седовым” пересек 80-ю параллель и вновь оказался в районе „белого пятна” Арктики — в ее высоких широтах. Таким образом, научные наблюдения, которые вели участники экспедиции, стали продолжением работ по программе Третьей высокоширотной экспедиции.

В конце августа к зазимовавшим судам пробился ледокол „Ермак”, который вывел из ледового плена пароходы „Садко” и „Малыгин”. „Седов” из-за поломки рулевого управления остался в дрейфе и продолжил научные исследования в высоких широтах. На нем собрались 15 добровольцев, возглавляемых капитаном Бадигиным. Научными исследованиями на „Седове” руководил студент пятого курса Гидрографического института Главсевморпути Виктор Харлампиевич Буйницкий, впоследствии известный ученый-океанолог, перешедший на пароход с „Садко”.

Оставшись в одиночестве, „Седов”, двигаясь вместе со льдами, продолжил путешествие по Центральному арктическому бассейну. Его путь проходил по неисследованным районам, где никогда не бывали корабли (дрейф „Фрама” проходил значительно южнее). Таким образом, были продолжены исследования высоких широт, начало которым положили экспедиции на „Садко”.

Кроме упомянутых экспедиций, „Садко” в 1930-х годах совершил ряд транспортных, гидрографических и зверобойных рейсов.

На лето 1941 года было намечено проведение Четвертой высокоширотной экспедиции, но осуществлению этих планов помешала начавшаяся война.

В навигацию 1941 года „Садко” совершил несколько транспортных рейсов в Карском море, в одном из которых дошел до мыса Арктического — северной оконечности архипелага Северная Земля. В конце лета судно ушло в очередной рейс для снабжения полярников на Земле Франца-Иосифа и острове Домашний, а 11 сентября, наскочив на подводную банку у островов Известий ЦИК в Карском море, „Садко” затонул.

Экипаж парохода был взят на борт ледоколом „Ленин”, спасательную экспедицию возглавлял капитан Хромцов. На борту ледокола „Ленин” базировался Штаб ледовых операций Западного района Главсевморпути, гидрологом в котором был Михаил Михайлович Сомов. Символично, что творческий расцвет выдающегося ученого был связан с исследованиями Центрального арктического бассейна в послевоенный период. Однако это события совсем другой эпохи, в которых „Садко” уже не принимал участия...

Богатейшие научные материалы, неоценимый опыт мореплавания в высоких широтах, полученные в результате экспедиций на „Садко”, внесли весомый вклад в изучение северной полярной области и освоение Северного морского пути. Имена многих исследователей, упомянутых в докладе, увековечены на карте Арктики. Есть там и имя „Садко”. Им названо, например, мелководье в Карском море, открытое Первой высокоширотной экспедицией 1935 года.





главная страница публикации

 

© РГМАА, 2007—2008    При использовании материалов сайта ссылка на РГМАА обязательна.